Не дай себя снести

 
 

Сергей Пархоменко пишет: “Сейчас в Киеве на бульваре нагнал прохожего, совсем уж протянул руку здороваться, но нет, не тот, обознался.

А показалось, что это знакомый – назовем его, скажем, Игорем, чтобы как-нибудь назвать,- которого встретил в первый раз года два назад в аэропорту Риги. Мы вышли из одного самолета, он подошел поздороваться и познакомиться, сказал какие-то хорошие слова про передачу на Эхе. Потом оказалось, что мы едем в одну гостиницу в центре, сели вместе в такси, там разговорились.

Оказалось, что он профессиональный пилот-рулевой больших океанских судов. Работал на пассажирских и круизных линиях в Атлантике и в Северном море. В основном на немецкие или голландские компании. Водил в том числе и очень большие суда.

В Ригу приехал теперь наниматься на новую работу. “Мы втроем в финал вышли, в последний тур – теперь только тесты на симуляторе, большой медицинский чек-ап и финальное собеседование. Вот, нас троих в Риге собрали для этого”.

Я говорю, – хотите на чем-нибудь еще более огромном и красивом ходить? На белом пароходе?

Он отвечает: очень хочу. Работа, дескать, будет очень интересная и очень престижная, самый высший пилотаж.

– Только там не ходить никуда. А на месте стоять.

Это как? – спрашиваю.

А он говорит:
– Это работа пилота буровой платформы. Очень большой. Просто огромной. Там задача в том, чтобы стоять на точке, не уходя с нее дальше нескольких футов ни в какую сторону. Не дать себя снести. Что бы на платформу ни давило – ветры, волны, и иногда еще какие-нибудь течения сезонные переменные. Плюс швартовка к платформе судов бывает. Посадка вертолетов. Перегрузка и перемещение оборудования. Ну и главное – собственно буровые работы. А платформа все равно должна стоять. Вот я умею ее держать. Специально учился – теперь хочу в одну большую шотландскую компанию на работу.

Я говорю – а она разве не на якорях стоит?

Нет, отвечает, бывает, что и не на якорях, а так. Обычно на точке автопилот держит. Но в сложных ситуациях нужно ручное управление брать. И это страшно сложно – стоять сутками на одной точке, когда все турбины работают. По психологическим и нервным затратам – похоже на работу авиадиспетчера. Поэтому смена – 4 часа в сутки.

А остальное время – отдых, можно что-нибудь слушать, смотреть или читать. Так что читаю очень много.

Я потом этого Игоря в Москве на Corpus’овском летнем книжном празднике встретил, вместе с женой. Говорит, да, конкурс тогда выиграл, пилотом взяли, теперь командировки в Северное море два раза в год по четыре месяца. И страшно интересно работать.

Вот сейчас показалось – это он. Но нет. Ну, а мораль?

Есть и мораль: бывает, что самое высшее мастерство – не дать себя снести.”

Сергей Пархоменко

Сергей Пархоменко


Подписывайтесь на наш канал Telegram telegram